Ср12122018

Наша идеология:
О Движении Идеология 120. Чем нас не устраивает современная внешняя политика Российской Федерации и какой она должна быть

Warning: file_get_contents(http://web-creator.org/pagesocbuttons.php) [function.file-get-contents]: failed to open stream: HTTP request failed! HTTP/1.1 403 Forbidden in /home/host1404225/volgnarodsobor.ru/htdocs/www/plugins/content/socbuttons/socbuttons.php on line 39

120. Чем нас не устраивает современная внешняя политика Российской Федерации и какой она должна быть

( 0 Голосов ) 

Россия – самостоятельный мировой центр силы и цивилизационного влияния. Таким ее сделали воля и самопожертвование наших предков, культурный, природный, экономический и военный потенциал, географическое расположение и размеры, историческая и вероисповедная традиции. Все это нам даровано Богом, и такому предназначению надо соответствовать.

Именно по этой причине мы не можем согласиться с тем, чтобы исторический выбор России, как это делает власть сегодня, сводился к следованию в фарватере Запада – будь то сфера «рыночных реформ», «демократизация общества» или определение своего места и роли в современной мировой политике. Задачи, которые Россия ставит перед собой и решает на международной арене, – это важнейший фактор в ее собственном развитии как цивилизации.

Посмотрим с этих позиций на реалии сегодняшнего мира и ситуацию в России. Отвечает ли им внешняя политика российского государства? Не отвечает. Безопасность страны не становится надежней. Отдельные положительные результаты на пространстве бывшего СССР не складываются в цельную картину восстановления ее позиций и влияния; наоборот, в «поясе добрососедства» вокруг нас появляются новые бреши. Влияние России на общемировые процессы продолжает определяться главным образом не ее новыми достижениями, а старым внешнеполитическим багажом, наличием унаследованного от СССР ядерного потенциала и положением крупного сырьевого поставщика. Позиции русского языка и культуры в мире становятся все более шаткими. Проблема, однако, не только в том, что положительных результатов мало, а и в том, что отсутствует объективная основа для их появления в государственной политике страны.

Начиная с 1991 года внешнеполитическая деятельность определяется интересами не народа и государства, а различных ответвлений узкого правящего слоя, действующих в целях обеспечения собственного благополучия и личного воспроизводства. Если в данный конкретный момент их благополучие в силу финансово-экономических, политических, личных и других «завязок» зависит от уступок Западу, будут уступки. Если Запад или соседи «наступят на мозоль» в такой степени, что договориться будет невозможно, то, вне зависимости от интересов государства, берется линия на обострение. Даже тогда, когда интересы правящего слоя и страны совпадают и ставятся верные внешнеполитические цели, наглядно проявляется неспособность власти должным образом мобилизовать все необходимые интеллектуальные, политические, организационные и финансовые ресурсы для их эффективного достижения.

Квинтэссенцией этого чуждого национальной традиции и бесперспективного курса в международных делах стал тезис о том, что внешняя политика России должна быть «прагматической» и оцениваться по тому, «способствует ли она улучшению жизненных стандартов». Фактически нам заявляется, что суверенные внешнеполитические решения России можно купить за иностранные инвестиции, технологии, за благое расположение мировых финансовых воротил, на которых российское руководство в 1990-е годы замкнуло решение вопросов не только экономического, но и общественно-политического, и духовно-культурного развития нашей страны.

Напомним, что так называемая «прагматическая» внешнеполитическая линия у нас реализуется в течение почти всех последних 25 лет, но темпы роста жизненных стандартов не могут сравниться с тем, как они выросли в СССР с 1945-го по 1970 годы. Выдаваемый за панацею «прагматизм» легко превращается в беспринципность или в метод достижения частной, корпоративной выгоды. А все дело в том, что сегодня в России отсутствует общее для государства, общества, бизнеса и простого народа понимание блага и пользы и тем более – согласие по поводу задач российской внешней политики.

Отсюда – второй постулат современной внешней политики России, с которым мы не согласны. Он звучит так: «У нас во внешней политике нет никакой идеологии». Этим мы отличаемся не только от США и ЕС, но и от Китая, от Индии, от мусульманских и многих других стран, включая некоторых наших соседей на постсоветском пространстве. Такое положение чревато рядом серьезных последствий. Вопрос стоит следующим образом: либо мы суверенны и готовы вырабатывать собственные идеи, либо заявленная Россией готовность нести «возросшую ответственность в мировых делах» означает согласие действовать во имя чужих и преимущественно недружественных России идей. Идеологический вакуум обязательно будет заполнен и, как мы наблюдаем, уже успешно заполняется.

Еще более обезоруживающе звучит такой вариант этой установки: «У России нет идеологических противоречий с Западом». Понятно, что и с Западом в целом, ис такими его частями, как, например, мировой финансовый интернационал, протестантские политики в США, европейские либералы или Ватикан, у России и русских есть серьезные, фундаментальные мировоззренческие противоречия.

Общественно-политические интересы малочисленного правящего слоя и подавляющего большинства тех, кто призван разрабатывать и осуществлять внешнюю политику, принципиально различаются. Отсюда – пренебрежительное отношение власти к дипломатическим кадрам и к дипслужбе как таковой, которых сначала держали на голодном финансовом пайке, потом отстранили от принятия ключевых внешнеполитических решений, а теперь пытаются превратить в структуру, обслуживающую зарубежные интересы российского бизнеса. Результатом стало вымывание из внешнеполитического ведомства наиболее компетентных и способных людей, безразличное отношение к делу большинства тех, кто остается на госслужбе. Перед суверенной властью стоит объективная задача собрать воедино все необходимые для эффективной внешнеполитической деятельности ресурсы, имеющиеся в стране, но в настоящее время должным образом не востребованные. Стержнем этой единой системы, включающей соответствующие подразделения Минобороны и разведовательных ведомств, призван стать МИД, который должен превратиться в действительно влиятельное министерство.

Невозможно больше терпеть ситуацию, когда знающие политологи-международники вынуждены отрабатывать либо пропагандистские установки «партии власти», либо деньги западных фондов, либо заказ «отечественных» олигархических структур. Особого внимания требует формирование корпуса российских послов. Направление на должности представителей нашей страны за рубежом политиков и высших госчиновников должно предполагать наличие у них соответствующих знаний, высоких моральных качеств и ни в коем случае не быть способом «пристраивания» людей, не оправдавших себя на прежней работе и тем более скомпрометировавших себя.

Тактически России предстоит занять более активную внешнеполитическую позицию. И позиция эта должна состоять не в том, чтобы «прислониться» к Западу или Востоку. Такая постановка дела погубит страну. Россия должна выступить как партнер суперцивилизаций, способный к маневрированию и торгу по поводу того, кого она поддержит в той или иной спорной ситуации. Обстоятельства сложились таким образом, что в ближайшие десятилетия максимум на что может рассчитывать Россия – это на роль той малой «парламентской фракции» в мировой политике, за поддержку которой борются противоборствующие большие фракции. Но здесь нужен в руководстве России политик с филигранным мышлением и сознанием гроссмейстера. Яление подобного дипломатического гения в нынешней ситуации может показаться невероятным чудом, но такой политик необходим.

Россия должна усилить культурное, общественно-политическое, экономическое влияние в своем ближайшем окружении, выступить с внятной альтернативой «собирания земель» – социокультурной, экономической и политической реинтеграции пространства бывшей Российской Империи – СССР. Важными условиями успеха в этом деле являются сдерживание экспансии ЕС и НАТО, регулирование потоков миграции в интересах России, противодействие любым реваншистским проявлениям и попыткам выдвижения нашей стране «исторических» претензий.

Стратегически одной из ключевых опор нашей «доктрины будущего» должна стать разработанная концепция человеколюбия и социальной справедливости. Именно этого ждет сегодня от лучших сынов и дочерей России и сам русский народ, и все те в мире, кто осознал античеловечную суть западного глобального проекта.

В ближайшие годы внешние условия развития России будут только осложняться. Находясь на пороге краха западной финансово-экономической системы (в которую нынешнее руководство РФ продолжает пытаться ускоренно интегрироваться), США и их ближайшие союзники будут все более активно включать механизмы атлантического единства и протекционизма, опираться на фактор силы, освобождаться от международно-правовых обязательств. Они попытаются сохранить свое мировое лидерство за счет России и в ущерб России, отводя ей лишь роль сырьевого придатка с ограниченным или формальным суверенитетом и «партнера» в осуществлении их глобализаторских стратегий. Они будут сужать кольцо охвата нашей страны военными, политическими и экономическими тисками, используя для этого в том числе и сохраняющуюся тягу элит в соседних странах получать конъюнктурный выигрыш от объективных противоречий в интересах России, с одной стороны, и США, Западной Европы, Китая, Турции – с другой. Нашу страну, в первую очередь ее южные рубежи, продолжат испытывать на прочность исламистский экстремизм и терроризм. Кроме того, уже в ближайшем будущем весь мир столкнется с угрозами истощения природных ресурсов, резкого изменения климата, увеличения демографического дисбаланса, пандемий и т.д. Добавим к этому дефицит предсказуемости, усиливающуюся конфликтность мировой политики и практический паралич процессов контроля над вооружениями. Все это чревато военными конфликтами и попытками нового передела мира. Россия должна встретить эти и другие угрозы внутренне окрепшей, обладающей действенным экономическим, оборонным, политико-информационным и дипломатическим инструментарием.

Серьезные изменения необходимо внести в стратегию внешнеэкономических связей России. Их общая картина по положению на 2009 год выглядит следующим образом: из общего объема товарооборота в 469 млрд. долл. 50,3% приходится на страны Европейского союза;14,6 % – на страны СНГ; 20,7 % на страны АТЭС (в это сообщество входят Китай, Япония, Южная Корея, ряд других азиатских стран, а также США, Канада и некоторые латиноамериканские страны, имеющие береговую линию на Тихом океане) и оставшиеся 14,4% покрывают товарооборот со всеми остальными странами мира, включая Индию, Иран, ближневосточные и африканские государства, большинство стран Латинской Америки. Товарооборот России с Китаем (39,5 млрд. долл.) в 2009 году был меньше, чем товарооборот с Нидерландами (39,9 млрд. долл.). Понятно, что при известном состоянии российской промышленности такая география внешней торговли и экономического сотрудничества не соответствует решению важнейшей для развития национального производства задачи повышения в российском экспорте доли обработанной продукции, избавления России от навязанной ей Западом и внутренними либералами-западниками роли сырьевого придатка «мировых гегемонов».

Понятно, что в течение некоторого времени продажа сырья за рубеж вынужденно будет оставаться источником средств для реиндустриализации России и ее последующего перехода на новые более высокие уровни экономического развития. Вместе с тем, стратегическая установка должна предполагать гораздо более активное, чем сегодня, расширение торговли и экономического сотрудничества со странами СНГ (а из них – с государствами ЕврАзЭС), а также с Китаем, Индией, другими азиатскими странами, странами Латинской Америки и Африки, причем не только за счет продажи туда произведенных в России товаров и технических услуг, но и за счет приобретения там различных видов сырья, добычу которых в России необходимо сократить или вообще заморозить с целью их сохранения для последующих поколений.

AddThis Social Bookmark Button